Летоисчисление Парижа
«Праздник, который всегда с тобой…” эти слова Хемингуэя стали чем-то таким, что уже невозможно забыть или игнорировать, думая о Париже. Даже тот, кто никогда не видел этого города, думает о нем только так: <праздник>. Еще говорили: <увидеть Париж – и умереть>. Последнее, может быть, сильно сказано, умирать вряд ли стоит, но увидеть… Увидеть Париж действительно праздник.
Летоисчисление Парижа ведется с 53 г. до н. э. В тот год Юлий Цезарь построил крепость рядом с Лютецией поселением галльского племени паризиев. <Лютеция> на языке местных галлов означало <болото>. Первоначально городок был расположен на островах, образованных рукавами Сены, точнее, на одном из этих островов, называемом Сите (Cite), где сейчас стоит собор Парижской Богоматери.
Средневековый Париж особым блеском не отличался. В конце средних веков город насчитывал около 200 тысяч жителей. Начиная с царствования Франциска I, построившего первые павильоны Лувра, и до самой французской революции город рос сравнительно медленно.
Быстрое развитие Парижа начинается в эпоху Наполеона I. С его именем связаны известнейшие достопримечательности города, в частности, Триумфальная арка и Дом инвалидов.
Но еще больший след оставило, пожалуй, царствование Наполеона III и деятельность его префекта Османна (Haussmann), значительно модернизировавшего тогдашний Париж. При Османне, в частности, были проложены большие парижские бульвары, составляющие ныне основу городской планировки, разбиты 3 больших парка и 20 скверов. Деятельность префекта Наполеона III имела в виду не только украшение города: широкие бульвары, проложенные вместо кривых, узких улочек облегчали полиции и армии поддержание порядка в Парижа. Не надо ведь забывать, что помимо того, что Париж <праздник> и <город мечты>, это еще и город Парижской коммуны и баррикадных боев, город, подававший человечеству не только добрые примеры…
Несколько веков подряд Париж носил неофициальный титул <столицы мира>. В ХХ веке этот титул стал оспаривать у него Нью-Йорк. Парижане не желают уступать, им хочется, чтобы Париж будущего, Париж третьего тысячелетия сохранил несомненность своего <столичного> статуса. Вряд ли Парижу удастся это, новый <Рим> уже утвердился на берегах Гудзона, но то, что Париж навсегда останется <Афинами> западной цивилизации это несомненно. Жан Тибери, мэр Парижа, сказал такую фразу, построенную на игре слов: Если в 1900 и последующие годы Париж был городом света, можно сказать, что в 1999 он станет светочем, светочем разума, таланта и культуры.
Мэр имел в виду новую программу развития города, план, который предполагает превратить Париж в настоящий праздник. В частности, планируется объединить район Сены в общий ансамбль, простирающийся от Парка Андре Ситроена до Берси. Этот проект заставит по-новому заиграть берега Сены:между мостами Толбиак и Берси будут расставлены на плаву 2000 скульптур, изображающие разноцветных рыб. Стекло вокзалов, купола Османна, фасады крупных предприятий и стрелы соборов осветятся и заблестят. Париж будет купаться в свете. Париж, город, заставляющий мечтать, выходит в будущее.
Символ Парижа и Франции, настоящее готическое чудо, концентрированная история Франции. Собор соборов…
Он расположен на острове Сите посреди Сены. Это древнейший район города. Собор строился между 1163 и 1250 годами на месте старинной базилики, но был окончательно отделан лишь в 1345 году. Во Франции есть и более обширные соборы, но по своим пропорциям, законченности, оригинальности Парижский собор замечательнейший образец готической архитектуры.
С площади, от которой расходятся все дороги Франции (бронзовая доска с надписью <0 км.> стоит посередине эспланады), в храм ведут три двери, украшенные многочисленными статуями. Над центральным входом круглое окно-розетка, диаметром в 10 метров, тончайшей ажурной работы по камню и цветному стеклу.
Высота башен собора 69 метров, а шпиля 90 м. На южную башню собора можно подняться по лестнице. Большой колокол в 15 тонн весом звонит только в очень торжественных случаях.
Осмотреть как следует весь собор снаружи и изнутри займет неделю-две. Это действительно великое сооружение. Хотя и то, что увидишь за час-другой, врежется в память на всю оставшуюся жизнь. Говорят, даже товарищ поэт Маяковский, зайдя вовнутрь, сдернул-таки кепчонку с виска. Правда, выйдя наружу, надел кепчонку обратно на свою бунтарскую голову и сказал, что, мол, для устройства пролетарского клуба помещеньице темновато, а вообще жаль будет, ежели пострадает, когда пролетарские массы придут взрывать городскую префектуру (расположена рядом на площади)…
Пространство между набережной Сены и бульваром Сен-Жермен, площадью Сорбонны и Люксембургским садом это Латинский квартал. Латинским его прозвали потому, что студентов расположенного здесь Парижского Университета (он основан в 1221 году) обучали на латинском языке. Здесь же эти студенты всегда жили, пили и безобразничали, а на латыни говорили между собой для того, чтобы их не понимали неученые мещане и вский прочий неприятый им люд полиция, например.
Если где жить в Париже то только тут. Тут и жилье дешевле, и народ душевней, и винных магазинчиков больше. А главное, тут сохранились остатки настоящего «air de Paris» парижского духа!
В остальных частях города его можно обнаружить только в консервированном виде. Париж, наверно, единственный город, где вполне легально торгуют воздухом 16 франков за банку. Что же, воздух Парижа того, наверное, стоит…
Здесь находится дворец президента Франции, здесь проходят по праздникам военные парады. Место торжественное и почтенное. От Площади Согласия до Триумфальной Арки 2,5 км. Туда-обратно неспешным ходом полтора часа. Помимо почтенности, это место задумано и построено, чтобы неспешно по нему гулять, думать о своем, думать о возвышенном. И еще и тратить деньги. Очень большие деньги. Или маленькие в общем, все какие есть. И надо сказать их тут есть куда тратить. Скажем, пойти и позавтракать яичницей из двух яиц ценой в 10 долларов. Или купить модную кепочку ценой в пять яичниц. Или… короче, были бы деньги, а на что их потратить, тут найдется.
И подобное говорил не только он. Башня, сооруженная к Всемирной выставке 1889 года, сразу стала предметов споров и раздоров в среде поклонников Парижа; а в конце концов превратилась в символ Парижа и Франции для всего остального мира и самую знаменитую из парижских достопримечательностей. Гюстав Эйфель выиграл конкурс, представив свой проект, который был прозван в артистических кругах того времени как «башня в гайках». Организационный комитет Всемирной выставки 1889 года за идею возведения 320-метровой башни в центре Парижа объявил инженера-мостостроителя Г.Боникгаузена (Эйфеля) сумасшедшим, о башне писались злобные памфлеты, и кое-кто даже обещал, что ее постройка ознаменует закат французской культуры.
Но башню все-таки построили. Ее высота 317 метров, в ней 18000 железных деталей и 2 500 000 заклёпок. Первоначально намечалось оставить её только на 20 лет, но в 1910 году этот срок был продлён решением правительства на 70 лет. В 1980 году вопрос о продлении срока уже никому не пришло в голову поднимать…
Когда видишь ее в первый раз, думаешь: мираж! Неужто она?! Потом, конечно, привыкаешь, тем более что ее видно буквально отовсюду. Отчасти напоминает нефтяные вышки в Сибири или Кувейте. Только качает она не нефть, а сразу деньги. На нее за день залезает столько иностранных туристов, сколько ездит в Москву за год. Доехать на лифте до клотика (самый верх) стоит 62 франка, оттуда открывается широкая панорама Парижа и Иль-Де-Франс в радиусе 70 км. Там находится и витрина-кабинет Гюстава Эйфеля. А кроме того, там ресторан, и надо выпить (как же не выпить на вершине Парижа?), а стоит это на вершине соответственно…